Что остаётся от человека, когда стирают его истинное лицо? Антон Шиндлер, движимый любовью к своему кумиру, совершает акт символического убийства: вместо живого, грубого, неудобного Бетховена он дарит миру икону — безликую и величественную. Эта философская притча о природе гения разворачивается в условном пространстве, где реальные здания Вены соседствуют с компьютерной графикой, подчёркивая зыбкость границ между правдой и вымыслом. Японская эстетика придаёт повествованию отстранённость дзен-коана: мы наблюдаем за Шиндлером как за персонажем театра Но, чьи жесты исполнены скрытого смысла. Это кино о цене гения, которое заставляет задуматься: готовы ли мы принять правду о тех, кем восхищаемся? И не убиваем ли мы сами живую душу, требуя от кумиров совершенства? Чтобы узнать правду о себе, зрителю придётся пройти по лабиринту зеркал, где каждый образ Бетховена — лишь отражение наших собственных ожиданий.